Представители просветительского движения в России: Козельский и Радищев

1. Социально - политическая обстановка в России в середине 18 в.

2. Основные черты российского просветительского движения середины 18 в.

3. Биографический очерк (Козельский и Радищев)

4. Историографический обзор современного состояния темы (Кто, когда, зачем изучал Козельского и Радищева, почему они актуальны, их произведения)

Литература

1. Социально - политическая обстановка в России в середине 18 в.

XVIII век вошел в мировую историю как век Просвещения и начала модернизации. И хотя модернизационные процессы заняли не одно столетие, именно в XVIII веке происходили решающие процессы обновления традиционного общества и перехода к обществу современного типа.

XVIII век сыграл особую роль в развитии Российского государства. Это был период сложного и противоречивого исторического развития, оставивший нерешенными и спорными многие проблемы. Одновременно это было время  начала модернизационных процессов, перемен во всех сферах общественно-политической жизни: экономике, социальных отношениях, политике, в общественной мысли и культуре.

Первая попытка модернизировать страну по европейскому образцу была предпринята Петром I, вторая - Екатериной II. Радикальные преобразования XVIII столетия превратили страну в могучую мировую империю. Возрастали объемы промышленного и сельскохозяйственного производства. Успешно развивалась внутренняя и внешняя торговля. Укрепилась центральная и местная власть. Ускорилось развитие присоединенных окраин. Были созданы сильнейшие в мире регулярные армия и флот, начало которым положил Петр Великий.

Однако итоги модернизации экономики страны и ее социальной структуры, были противоречивыми. Причина состояла в том, что и Петр I,  и Екатерина II вели преобразование страны на крепостнических основах. Так, Петр Великий, кардинально изменив промышленную сферу, оставил старые порядки в сельском хозяйстве. Он попытался приспособить к новым потребностям социальные отношения, но создал стройную иерархию зависимых от трона сословий. В результате мечты Петра I о государстве “общего блага” превратились на практике в создание бюрократического государства. Потерпел поражение и рывок в преобразовании крепостнической структуры, предпринятый Екатериной Великой.

В экономике России второй половины XVIII века начинается процесс разложения феодально-крепостнической системы хозяйства. К концу XVIII века в экономике страны складывается капиталистический уклад, который, правда, не стал господствующим в экономике. Во второй половине XVIII века в России продолжалось развитие товарно-денежных отношений, внутреннего всероссийского рынка. Помещичье хозяйство активно втягивалось в рыночные отношения, начинало зависеть от рынка. В сельском хозяйстве разложение феодально-крепостнической системы хозяйства проявилось прежде всего в подрыв трех основных признаков феодальной системы. Феодальная система характеризуется господством натурального хозяйства, прикреплением крестьянина к земле и выделением ему земельного надела, личной зависимостью крестьянина, рутинностью сельскохозяйственной техники. Втягивание помещичьего хозяйства в рыночные отношения в значительной мере было связано со стремлением дворян получить от своих поместий больше денег для оплаты своих росших непроизводительных расходов. Возможность увеличения производства сельскохозяйственной продукции для реализации ее на рынке дворяне видели в усилении эксплуатации крепостных крестьян. В стране четко определились регионы, где господствовали отработочная (барщина) и денежная рента. Барщина господствовала в черноземных районах страны и доходила в некоторых местах до 6 дней в неделю. С 70-х годов XVIII века некоторые помещики начинают переводить своих крестьян на «месячину», отбирая у них надел и обязывая работать на барской пашне, выплачивая за это крестьянам месячное содержание. В нечерноземных районах, где земля была малоплодородная, помещики переводили своих крестьян на денежный оброк. Втягивание помещичьего хозяйства в рыночные отношения подрывали их натурально-хозяйственный характер. Барщина, месячина, денежный оброк отрывали крестьянина от работы на собственном наделе, что приводило крестьянина к фактическому его лишению. Это означало подрыв второго признака феодальной системы. Усиление эксплуатации и крепостного права затрудняло втягивание хозяйства крепостных крестьян в рыночные отношения. Более активно участвовали в рыночных отношениях хозяйства крестьян в Нечерноземье, что также подрывало первый признак феодальной системы. Усиление эксплуатации крепостных крестьян лишало их заинтересованности в труде и вело к росту их сопротивления: бегству, восстаниям, убийству помещиков и т. д.

В ответ на это государство усиливало третий признак феодальной системы — личную зависимость крестьян. Во второй половине XVIII века крепостное право наступало на Левобережную и Слободскую Украину, районы Курско-Белгородской и Воронежской засечных черт, на Дон, Заволжье, Приуралье. Усиливалась власть помещиков над крестьянами. Указом императрицы Елизаветы Петровны 1760 года помещики получили право ссылать своих крестьян в Сибирь, в районы пригодные для хлебопашества с зачетом их в рекруты. В 1763 году Екатерина II издала указ, по которому крестьяне должны были оплачивать содержание воинских команд, присылаемых для подавления крестьянских восстаний. По указу 1765 года помещики могли отдавать своих крепостных в каторжные работы. В 1767 году Екатерина II подписала указ, запрещавший подавать императору жалобы на своих помещиков. После этих указов крепостные крестьяне превратились фактически в крещеную собственность своих помещиков.

Во второй половине XVIII века начал подрываться четвертый признак феодальной системы — рутинность сельскохозяйственной техники. Русское крестьянство в большинстве своем занималось полеводством, скотоводством, овощеводством на основе принципов натурального хозяйства. Вместе с тем в отдельных хозяйствах происходил резкий перелом в традиционных методах ведения хозяйства. Оно поднималось в ряде районов на качественно новый уровень, превращаясь в торговое земледелие. Стремясь поднять доходность своих поместий, приспособиться к растущим потребностям рынка, наиболее дальновидные и образованные дворяне начинали применять новые методы ведения хозяйства, несвойственные феодальной системе.

Усиление эксплуатации и крепостного права привели к тому, что в 60—70-е годы по России прокатилась волна антиправительственных выступлений крестьян, казаков, работных людей. Особый размах приобрели выступления крестьян в Тверском, Клинском, Московском, Калужском уездах. На их подавление были двинуты воинские команды с артиллерией. Не меньший размах приобрело восстание 1759—1764 гг. приписных крестьян и работных людей на заводах Урала и Карелии. Оба эти движения, как и восстание в Кижах в 1769—1771 гг., были подавлены ружейным и артиллерийским огнем. В 1768 году на Украине вспыхнуло восстание украинских крестьян, знаменитая Колиивщина, также жестоко подавленная. В 1771 году в условиях страшной эпидемии чумы произошло восстание в Москве (Чумной бунт). В том же 1771 году волнения охватили земли яицких казаков. Правительство стало вводить армейские порядки в казацких полках, ограничивалось казацкое самоуправление, яицкие казаки были лишены привилегий беспошлинного лова рыбы, добычи соли. Волнения яицких казаков тоже были жестоко подавлены. Все эти выступления были своеобразной предтечей самой мощной в России крестьянской войны под предводительством Е. И. Пугачевой.

В этом движении участвовали казаки, крепостные крестьяне, приписные крестьяне, работные люди, башкиры, калмыки, народы Поволжья. Е.И.Пугачев выдал себя за императора Петра III. Он издавал указы и манифесты, в которых были выдвинуты требования восставших. 31 июля 1774 года Пугачев объявил указ, в котором жаловал крепостных крестьян волей, землями, лесными и сенокосными угодьями, безоброчно жаловал рыбными и соляными озерами, освобождал от рекрутчины и государственных налогов, приказал ловить и казнить дворян и «мздоимцев-судей». Этот указ отражал субъективные интересы крестьян и всех других участников движения. Объективно крестьяне в своих требованиях выступали за создание таких условий, в которых могло бы развиваться крестьянское хозяйство, как основная ячейка сельскохозяйственного производства.

XVIII столетие стало веком утверждения абсолютной монархии, укрепления привилегий дворянства и усиления крепостного гнета. Самодержавие сосредоточило в своих руках неограниченную государственную власть. Важнейшие черты и элементы бюрократического государственного аппарата и абсолютизма в России в XVIII веке явились основой последующего развития русского самодержавия.

Вместе с тем абсолютизм XVIII века сыграл прогрессивную роль в истории российского государства, так как способствовал становлению буржуазных отношений и превращению России в ведущую мировую державу.

2. Основные черты российского просветительского движения середины 18 в.

Во время правления Петра I сохранялся основной культурный архетип: правитель просвещает свой народ, ведет его от мрака к свету. В этот период антитеза «язычество — христианство» теряет свою актуальность и заменяется антитезой «старая Русь» — «новая Россия»¹. Подобно тому, как на ранних этапах русского христианства языческие нормы быта причудливо переплетались с христианскими, так в петровскую эпоху новое европейское влияние столь же причудливо переплеталось с традиционными ментальными и поведенческими моделями. Запад теперь предстает не как мир греха, а как мир Разума, а Русь соответственно кажется не святой, а невежественной страной, где царят предрассудки, порожденные традиционным сознанием. Свою задачу Петр как «просветитель» видел в том, чтобы вырвать страну из плена традиций и привести ее в мир Разума. Поэтому просвещение при Петре фактически становится синонимом реформ.

Историки петровского времени до сих пор спорят о том, какая реформа была доминирующей в общей системе преобразований, если последняя вообще имела место. Ни в какой другой сфере Петр не был столь настойчив и упрям, как в культурных нововведениях, и нигде, как здесь, его реформы не встретили такого ожесточенное сопротивления.

В 1760-е гг. понятие просвещения меняет смысл. Перед правительством Екатерины II стояли уже новые задачи. Петр и лично, и руками своих подданных совершал прежде всего физическую работу по строительству нового государства.

Просвещение для него означало европеизацию, а европеизация — заимствование технических и технологических достижений Запада. Для Екатерины, Запад — это прежде всего идеи. Само понятие просвещения теперь связывается с тем комплексом философских идей, которые во Франции получили название «les Lumières». И само слово «просвещение» может осмысляться как калька с этого французского термина. В этом смысле «просвещение» обозначает не только философское направление, но и порожденный им тип мышления, некий культурный миф, характеризующий психологию человека той эпохи.

Основу просветительского мышления составляет глобальная культурная оппозиция «Природы — Цивилизации», что применительно к человеку означает противопоставление его естественного и гражданского состояний.

Чаще всего для выражения этих антиномий просветители оперировали понятиями «Разум — Предрассудки». Разуму соответствует некий должный порядок вещей, который реален, но который не обязательно присутствует в современном философу мире, где царят предрассудки, представляющие собой мнимую, но в то же время вполне ощутимую реальность. Разумно лишь то, что не может быть отчуждено в процессе человеческой деятельности — это воздух, пища, свобода и т. д., одним словом мир подлинных вещей, которым противостоят знаки, то есть то, что не может быть использовано непосредственно, но что нарушает природное равенство людей — это деньги, чины, ордена и т. д.

Сам человек, взятый в его исходном природном состоянии, отличается простотой и непротиворечивостью. Добро, с которым люди относятся друг к другу — это норма. Зло соответственно — это всего лишь искажение первоначального добра. Оно не существует само по себе и таким образом не имеет онтологической природы. Злой человек — это тот, в ком под влиянием общественных предрассудков подавлено первоначальное добро. Поэтому возвращение к добру мыслилось просветителями всего лишь как восстановление нормы, и предполагалось, что возвращение это может произойти мгновенно. Для этого необходимо только избавиться от предрассудков, от привычки неправильно жить и неправильно мыслить. И то, и другое вырабатывается у человека в результате неправильного воспитания и корысти воспитателей. Отсюда необходимость правильного воспитания — такого, которое бы не искажало природную сущность человека. Для этого человека необходимо оградить от искажающего воздействия социальной среды.

Общеизвестно, что идеи энциклопедистов (Энциклопедия Дидро и Д’Аламбера) были близки Екатерине II.

Ю. М. Лотман обратил внимание на то, что слова в екатерининской Жалованной грамоте дворянству, гарантирующие неприкосновенность «чести, жизни и имения» были заимствованы императрицей у французских просветителей, где они служили «основой общественного договора и одновременно формулой неотъемлемых прав человека <…> Культурный парадокс, — пишет Ю. М. Лотман, — сложившийся в России ситуации состоял в том, что права господствующего сословия формулировались именно в тех терминах, которыми философы Просвещения описывали идеал прав человека»².

Между тем этот парадокс объясняется различием исторических условий, в которых находились Россия и Западная Европа в то время. На Западе просветительский миф в той или иной степени был воспринят и востребован большинством людей, главным образом представителями третьего сословия, отстаивавшими свои права в борьбе с дворянскими привилегиями. В России, где третьего сословия не было, окрепшее в ходе петровских реформ дворянство, являлось наиболее мобильным и активным в культурном отношении социальным срезом. Ориентированное на европейскую культуру русское дворянство питалось главным образом идеями, продуцируемыми в Европе третьим сословием. Поэтому, если в Европе Просвещение призвано было устранить социальное и культурное преимущество дворянства, то, на русской почве просветительские идеи как раз укрепляли доминанту дворянской культуры.

Будучи третьесословным на Западе, Просвещение было дворянским в России.

Позиция Екатерины в вопросах просвещения существенно отличалась от позиции Петра. Петру не было необходимости доказывать легитимность своей власти. Вся его бурная законотворческая деятельность по сути дела не затрагивала сферу прав человека. Страна жила не по законам, а по указам.

Екатерине необходимо было внушить подданным мысль, что с ее воцарением идет эра добра и справедливости, когда просвещенный монарх правит, руководствуясь твердыми законами, в интересах всего народа. Факт незаконного захвата власти Екатерина стремилась закамуфлировать идеей общественного договора, заключенного с нацией³. Но для того, чтобы эти идеи можно было внедрить в общество, общество необходимо было подготовить к их восприятию. Поэтому вся законотворческая деятельность Екатерины носит не столько юридический, сколько просветительский характер. При этом ее просвещение лишено тех крайностей, которыми оно сопровождалось в петровскую эпоху. Если Петр, не стеснялся унижать свой народ и всячески подчеркивал его невежество по сравнению с европейскими народами, то Екатерина хорошо усвоила мысль Монтескье, писавшего, что «Петр I сообщил европейские нравы и обычаи народу европейскому»⁴. А следовательно нет никакой необходимости в насильственной европеизации. Известное положение екатерининского наказа «Россия есть Европейская держава»⁵ предполагало, что русская история неотъемлемая часть европейской истории, а русская монархия всегда была и есть монархия просвещенная.

Если до Екатерины русские правители понимали просвещение как определение для народа каких-то жестких рамок: христианский закон при Владимире, или идея регулярного государства при Петре, то Екатерина стремилась приучить общество мыслить по-европейски. Поэтому она делала акцент не на обучении, а на воспитании.

С одной стороны, она пыталась воспитать дворянство в духе идей европейского Просвещения. С этим связано появление ее Наказа Комиссии о составлении нового уложения и созыв самой комиссии, а, с другой, она искала пути создания «новой породы людей», путем создания сети закрытых воспитательных домов для детей. Восприняв просветительские идеи о преимуществе домашнего образования над общественным, Екатерина по сути дела попыталась положить их в основу государственной политики воспитания, то есть как бы придать государственному образованию домашний характер.

Примерно с середины XVIII в. европейский человек живет с ощущением грядущей катастрофы. Европу накрыла тень от приближающейся Французской революции⁶. Европейские философы и публицисты ищут пути спасения. Антропологический характер Просвещения подсказывал, что спасение заключено в самой человеческой природе. Человек, от природы наделенный добротой, портится в результате искажающего воздействия окружающей среды. Но среду создают люди. Получается замкнутый круг. Человек портится в процессе социального воспитания, и сам создает испорченную среду. Поэтому пороки в обществе лишь нарастают, приближая глобальную катастрофу. Для того чтобы изменить среду, нужно как-то изменить человека. Это можно сделать только путем изолированного воспитания. Но где взять воспитателей? Ответ на этот вопрос Екатерина видела в идее просвещенного абсолютизма. Монарх дружит с философами, людьми, чей просвещенный разум, ставит их выше предрассудков среды. Просвещаясь от общения с философами, монарх, используя данную ему власть, воспитывает свой народ, воздействуя на него просветительскими идеями. Создание государственной системы воспитания позволит воспитать «новую породу людей», которая избавит мир от предрассудков и предотвратит приближающуюся катастрофу.

Просвещение Екатерина понимала как однонаправленный процесс. Монарх просвещает своих подданных и ведет их за собой. В качестве примера можно привести путешествие Екатерины по Волге в 1767 г. В этом плавании ее сопровождало две тысячи человек и весь дипломатический корпус.

Под ее непосредственным руководством придворные занимались переводом только что вышедшего во Франции и наделавшего там много шума романа французского академика Мармонтеля «Велизарий». В этой книге Мармонтель излагает просветительскую теорию абсолютной монархии.

Коллективный перевод «Велизария» помимо общекультурного имел еще и педагогический смысл. Императрица стремилась внушить своим придворным новые для них понятия о самодержавии, более гуманные, чем те, к которым они привыкли. Придворные должны были усвоить, что русская монархия питается не только традициями, но и разумом. И вместе с тем Екатерина стремилась убедить Европу в том, что просвещение в России продвинулось далеко вперед, и что идеи, преследуемые европейскими монархами, при русском дворе встречают сочувствие и понимание.

В принципе Екатерина думала, что так будет всегда: она дирижирует, а общество исполняет нужную ей мелодию. Но очень скоро оказалось, что это не так. Идеи просвещения мощным потоком хлынули в Россию, и русское общество обернуло их против ее власти. Для этого оказалось достаточным соотнести с действительностью правительственные декларации о правах человека, как это сделал А. Н. Радищев в «Путешествии из Петербурга в Москву». В главе «Спаская Полесть» автор прямо указывает на несоблюдение основного принципа Жалованной грамоты, гарантирующего защиту «чести, жизни и имения»: «Возможно ли, чтобы были столь безумные судии, что для насыщения казны <…> отнимали у людей имение, честь, жизнь»⁷.

Идеи просвещения, запущенные Екатериной в общество, возвращались к ней в виде беспощадной критики. Радищев был не только оппонентом, но порождением екатерининской политики, потому что именно Екатерина поставила вопрос о связи просвещения с общественной свободой в России.

Большинство русских просветителей обосновывало несправедливость господствовавших общественных отношений, исходя из идеалистической теории «естественного права». Просветители рассматривали порабощение как отступление от первоначального общественного договора, основанного на законах, созданных в интересах всего общества. Поэтому установление разумных и справедливых законов казалось им вполне достаточным средством для достижения общественного блага.

Тяжелое экономическое положение крестьян русские просветители объясняли именно их бесправным положением. «Я не нахожу беднейших людей, как наших крестьян, — писал Поленов, — которые, не имея ни малой от законов защиты, подвержены всевозможным не только в рассуждении имения, но и самой жизни обидам, и претерпевают беспрестанные наглости, истязания и насильства».

Русские просветители понимали, что богатство помещиков создано трудом крестьян. Коробьин утверждал, что, «разоряя крестьян, разоряются и все прочие в государстве». Новиков поместил весьма недвусмысленный эпиграф к своему первому журналу «Трутень» — «Они работают, а вы их труд ядите». Депутат Уложенной комиссии Я. И. Козельский доказывал, что богатство помещика создано руками его крепостных. Украинский просветитель Г. С. Сковорода, странствующий учитель, автор многих литературных произведений, резко осуждал тунеядство украинской старшины, ее погоню за чинами. Его идеалом являлось общество, в котором все трудятся. Достичь такого общественного порядка можно было, по его мнению, самоусовершенствованием и распространением просвещения.

Деятели русского Просвещения, подобно просветителям Запада, провозглашали движущей силой прогресса и источником всеобщего благополучия личный интерес, основанный на свободной собственности.

Наиболее законченную буржуазную теорию происхождения и развития института собственности выдвинул первый русский профессор права Московского университета, выходец из нежинских мещан Десницкий. Он выступил с резкой критикой естественного права, связав историческое развитие общества и форм государственного устройства с развитием в нем собственности. Общество, по его теории, прошло четыре стадии развития. На первой стадии, когда господствовали охота и собирательство, собствзнности вообще не существовало, была общность владений и общность потребление. На следующей стадии — скотоводческой — появляется собственность на движимость, но не на землю, которая находится лишь во временном владении кочевых племен. Возникновение недвижимой собственности Десницкий связывает с развитием земледелия и оседлостью. Это третья ступень общественного развития, когда наряду с собственностью существует и владение. Наиболее полно представление о собственности раскрывается лишь на четвертой и последней стадии, которую Десницкий называет «коммерческой» и считает идеальной.

При Александре I с образованием министерства просвещения просвещение утрачивает универсальный характер и бюрократизируется, становясь в один ряд с другими сферами государственного управления. Это связано прежде всего с теми изменениями, которые произошли в общественном сознании в результате Французской революции. Для людей рожденных в 1750-60 гг. просветительские идеи не только составляли сферу идеологии, но и являлись неотъемлемой частью их психологии. Вера в то, что все люди добры от природы и что переход от социального гнета к социальному равенству может быть мгновенным, была настолько сильна, что когда она рухнула, то на смену ей пришло жесточайшее разочарование.

3. Биографический очерк (Козельский и Радищев).

Вторая половина XVIII в. характеризуется усилением крепостнического гнета.

Пугачевское восстание обратило передовые умы русского общества к поискам вариантов выхода из кризисного состояния. Другой проблемой, активно занимавшей русское общество, была форма правления Российского государства. Поиски ее совершенствования наметили несколько вариантов: превращение абсолютной монархии в просвещенную, различные формы конституционного ограничения монарха и, наконец, предпочтение республиканского образа правления монархическому⁸.

Яков Павлович Козельский - русский просветитель, ученый, правовед. Родился на Украине, в семье наказного сотника Полтавского полка. С 1744 по 1750 годы учился в Киевской Духовной академии, однако не окончил ее и поступил в Петербургскую академическую гимназию. Через два года он был произведен в студенты Академического университета, с 1753 года ему было разрешено преподавать немецкий язык в гимназии. В университете получил основательные знания по естественным наукам. Его учителями были М. В. Ломоносов и Г. В. Рихман. Недостаточность в средствах вынудила Я. П. Козельского поступить в 1757 году на военную службу. Преподавал в Артиллерийском Инженерном корпусе, выпустил в 1764 году два учебника: "Арифметические предложения" и "Механические предложения". В 1760-е годы перевел с латинского. немецкого и французского несколько книг, в том числе - в 1770 - году "Статьи о философии и частях ее из Французской Энциклопедии". В 1766 году Я. П. Козельский оставил военную службу и поступил в Сенат на должность секретаря III департамента. Углубленные занятия философией позволили ему написать и издать "Философические предложения" (1768) - один из самых значительных памятников русской просветительской философии XVIII века. В 1788 году Я. П. Козельский принимает участие в составлении Проекта нового Уложения. В 1793 году по состоянию здоровья Я. П. Козельский оставляет службу и возвращается в свое имение Крутой Берег, где и умирает.

Свою политическую и правовую позицию Козельский выразил в своих «Философических произведениях».

«Политика, - пишет Козельский, - есть наука производить праведные намерения самыми способнейшими и праведными средствами в действо». Согласно Козельскому политика разделяется на две части: частную и начальственную. Частная политика представляет собой «искусство» добродетельного поведения «в рассуждении других людей». Такая политика основывается на добронравии и трудолюбии граждан. Начальственная политика относится к компетенции власти. Обязанностью «начальствующих особ» является «управление своими подчиненными так, чтобы они их любили и почитали». Для достижения целей начальствующей политики необходимо «как можно меньше» зависеть от других государств, «иметь доброе и справедливое... обхождение с другими народами» и всегда содержать «себя в вооруженном состоянии».

Козельский в процессе обсуждения крестьянского вопроса выдвинул новое обоснование помещичьей власти как особой государственной службы, заменившей отмененную обязанность службы военной или статской: “Всякий помещик, рассуждал депутат Козельский, как член тела или общества, помогая главному правительству, должен по закону быть обязан наблюдать за своими крестьянами, чтобы они прилежнее работали, принуждая ленивых”⁹.

Рассуждая на политические темы Козельский также говорил о необходимости соединения процесса просвещения с рядом социальных мероприятий, к которым относились: введение всеобщей обязательности труда и создание таких экономических условий, при которых одна часть народа не смогла бы угнетать другую¹⁰.

Козельский подвергал сокрушительной критике феодально-крепостнический строй, поставил перед обществом вопрос об учреждении нового общественного порядка, в первую очередь, об отмене крепостного прав в России.

Рассматривая различные формы правления, Козельский отдает предпочтение республике, в которой видит «общую пользу.. для всех человеческих добродетелей и законодательства». Однако и с просвещенной абсолютной монархией он связывает надежды на справедливые преобразования из заявляет, что идеальная форма правления возникнет тогда, когда «правители станут философствовать или философы управлять».

В вопросах, касающихся определения внешней политики государства, Козельский придерживался осуждения захватнических войн. Он подчеркивал, что войны приносят всем народам и странам бедствия, страдания и «повреждения». «Никто не имеет права подвергать землю опустошению, а народы истреблению». Армия в государстве должна содержаться только на случай «отражения несправедливого нападения».

Козельский настаивал на равноправии всех народов, которые населяют землю и мечтал видеть их в единой организованной структуре, которая стала бы формой государственного устройства для всего человечества¹¹.

По поводу этимологического значения слова "право" Козельский писал: "Основание всякого доброго или беспристрастного, т.е. ни худого, ни доброго ... дела называю я правом или правостию...; например, право есть человеку любить своего ближнего, ... также право есть человеку питаться... Думается, что никто на свете не имеет права к войне..."¹². А юриспруденция согласно Козельскому «есть знание всех возможных прав или правостей».

Козельский требовал называть правовую науку не юриспруденцией, а легиспруденцией¹³. Однако, в этом с ним нельзя согласиться, поскольку это верно при условии, что закон это и есть право, но существуют и другие формы проявления права.

Я. П. Козельский в своих рассуждениях придерживался концепции естественных прав человека и договорного происхождения государства. Идеей естественного права Козельский обосновывал вывод, что "закон, который дозволяет пленника продать, купить, сделать рабом и содержать его произвольным образом, не основан ни на каком праве, ни на справедливости"¹⁴. Целью договора об образовании государства, по мнению Козельского, является достижение всеобщего блага. В том случае, если правители не соблюдают условий договора и не выполняют возложенных на них задач, народ имеет право на его насильственное расторжение, поскольку угнетенные могут бороться со своими угнетателями по естественному праву.

«Основание всякого доброго или беспристрастного, то есть ни худого, ни доброго в рассуждения всех чувствующих тварей, дела называю я правом или правостию, или справедливостью; например, право есть человеку любить своего ближнего, для того чтоб быть и от него любиму, также право есть человеку питаться, потому что сие дело хотя не приносит ни пользы, ни вреда другим людям, однако ж оно нужно для соблюдения жизни человеку.

Сие право называю я Божественным, потому что оно произведено от самого Бога, вечным - что с ним пребывает и пребывать должно, необходимым - что без него все чувствующие твари страдать должны, непременным - что не зависит от твари, а от Творца. В рассуждении зависимости или намерения право, или общее право, разделяется на многие особенные, как то: на право натуральное, право всемирное, или право народов, право гражданское и прочая...»

Таким образом, Я. П. Козельский проводит разделение права и закона, а право им классифицируется на четыре вида: божественное, натуральное (естественное), всемирное (международное) и гражданское (государственное). По его мнению все издаваемые государством законы должны соответствовать этим видам права. В том случае, если «законы не будут на них основаны, то они не могут быть справедливы».

Александр Николаевич Радищев - русский писатель, философ, революционер. Радищев был сыном богатого помещика. Он получил общее образование в Пажеском корпусе (1762-66); для изучения юридических наук был отправлен в Лейпцигский университет (1767-71), где занимался также естественными науками. Особую роль в формировании его мировоззрения сыграли сочинения французских просветителей, особенно К. А. Гельвеция. По возвращении в Россию Радищев был назначен протоколистом в Сенат; с 1773 служил обер-аудитором (юридическим советником) штаба Финляндской дивизии в Петербурге. К этому времени относится начало его литературной деятельности. В 1771-1773 Радищев выполнил ряд переводов; наиболее интересен изданный Н. И. Новиковым в 1773 перевод сочинений Г. Мабли "Размышления о греческой истории" с примечаниями Радищева; в одном из них он утверждал, что "самодержавство есть наипротивнейшее человеческому естеству состояние", и доказывал, что народ имеет право судить монарха-деспота¹⁵. В 1775 Радищев вышел в отставку; в 1777 поступил на службу в Коммерц-коллегию (с 1780 помощью управляющего, с 1790 управляющий Петербургской таможней).

Политическая теория А. Н. Радищева предложила радикальные ответы на все волновавшие современное ему общество проблемы.

Свой личный долг перед отечеством он усматривал в борьбе с крепостничеством и самодержавием. С середины 80-х гг. Радищев работал над главным своим произведением - "Путешествием из Петербурга в Москву", в которое ввёл ряд сочинений, написанных ранее. Приобретя печатный стан, Радищев напечатал в начале 1790 "Письмо к другу", а в конце мая того же года - "Путешествие...". Свободная форма повествования, которую давал жанр путешествия, позволила Радищеву реалистически изобразить разные стороны русской жизни, различные сословия, рассмотреть политические, социальные, юридические, экономические, исторические, этические, эстетические, бытовые и др. проблемы действительности. Показав сначала полнейшее беззаконие и бесправие, царящие во всех областях русской жизни, Радищев прямо указал на главный источники зла - самодержавие и крепостничество. Далее Радищев вскрыл иллюзорность взглядов тех, кто видел способы улучшения жизни в распространении образования и развитии торговли, кто уповал на религию, личную добродетель и строгое соблюдение законов; он показал беспочвенность надежд на "просвещённого монарха" и бесперспективность стихийных крестьянских восстаний; в конечном счёте, он подвёл читателя к выводу, что единственное средство изменения жизни - полная ломка политических и социальных отношений, разрушение самодержавно-крепостнического строя путём народной революции. При этом Радищев, понимая, что условий для революции в современной России нет, подчёркивал: "Не мечта сие... я зрю сквозь целое столетие"¹⁶ .

Уже через 3 недели после появления книги началось следствие, которым руководила Екатерина II. 30 июня 1790 Радищев был заключён в Петропавловскую крепость. Суд приговорил его к смертной казни, которую императрица заменила лишением чинов и дворянства и ссылкой на 10 лет в Илимский острог в Сибири.

Термин «самодержавие» Радищев уже употребляет только в смысле сосредоточения неограниченной власти в руках монарха.

Радищев рассматривает самодержавие как состояние, «наипротивнейшее человеческому естеству». В отличие от Ш. Монтескье, различавшего просвещенную монархию и деспотию, Радищев ставил знак равенства между всеми вариантами монархической организации власти. Царь, утверждал он, «первейший- в обществе убийца, первейший разбойник, первейший предатель». Он не верил в возможность появления на троне просвещенного монарха. «Просвещенных монархов нет и не будет. Истина страшна для него, и он всеми силами стремится скрыть от народа правду». Радищев критикует и бюрократический аппарат, на который опирается монарх, отмечая необразованность, развращенность и продажность чиновников, окружающих трон. Он обращает внимание на особенность российского управления– наличие самостоятельной бюрократии, у которой отсутствует связь и с монархом, и с народом.

Свою позитивную схему Радищев конструирует, основываясь на исходных положениях теории естественных прав человека и договорного происхождения государства. Причиной образования государства, по мнению Радищева, является природная социальность людей. В естественном состоянии все люди были равны, но с появлением частной собственности это равенство нарушилось. Подобно Руссо, он считал, что возникновение государства связано с образованием частной собственности. Государство возникло как результат молчаливого договора в целях обеспечения всем людям благой жизни, а также защиты слабых и угнетенных.

При заключении договора народ является определяющей стороной и оставляет суверенитет за собой. Он не мог бы согласиться на рабство, так как это было бы противоестественно. Положительное законодательство, издаваемое государством, должно быть основано на естественном праве. В том случае, «если закон не имеет основания в естественном праве», он как закон не существует, так как основанием права является справедливость, а не сила.

С этих позиций Радищев критикует современное ему крепостное право и показывает его теоретическую и практическую несостоятельность.

Крепостное право, по его оценке, представляет собой нарушение естественных законов, кроме того, оно и экономически несостоятельно, так как подневольный труд непроизводителен; с ним связано и нравственное падение народа, причем как крепостников (бесчеловечие, жестокость, бессердечие и т.п.), так и крепостных (унижение, порабощение, разорение). Россия богата, но ее труженики лишены всего необходимого, и такое состояние является безнравственным.

Радищев обращает внимание на отсутствие в законах юридического статуса крепостного крестьянина. «Крестьянин в законе мертв», но по естественному праву он остается свободным человеком, имеющим право на счастье и самозащиту, и «он будет свободным, если восхощет». А. Н. Радищев неоднократно подчеркивал, что злом является именно крепостное право, а не лица, его осуществляющие, и замена «злого» помещика на «доброго» ничего изменить не может. Противопоставление естественного права существующим государственным законам привело Радищева к революционным выводам. «Из мучительства неминуемо рождается вольность,– предрекал он,– а мучительство достигло в России крайнего предела». Свободы следует ожидать не от «добрых помещиков», а от непомерной тяжести порабощения, которая вынуждает народ искать пути своего освобождения. Радищев признает за народом право на восстание в том случае, если его естественные права грубо нарушаются. «Неправосудие государя дает народу, его судии, то же и более право над ним, какое ему закон над преступниками». В оде «Вольность» он оправдывает казнь Карла I: «Ликуйте, склепанны народы! Се право мщенное природы на плаху привело царя»¹⁷.

Социальный идеал Радищева – общество свободных и равноправных собственников. «Собственность – один из предметов, который человек имел в виду, вступая в общество». Межа, отделяющая владение одного гражданина от другого, должна быть «глубока, всеми зрима и свято почитаема», но крупную феодальную собственность он рассматривал как результат грабежа и насилия. Земля должна быть передана безвозмездно тем, кто ее обрабатывает. Радищев не сторонник общественных форм обработки земли: «Себе всяк сеет, себе всяк жнет»¹⁸.

В таком обществе социальные привилегии отменяются, дворянство уравнивается в правах со всеми остальными сословиями. Табель о рангах ликвидируется, бюрократический аппарат сокращается и становится подконтрольным представительному органу.

Наилучшей политической организацией такого общества является народное правление, сформированное по образу северно-русских феодальных республик Новгорода и Пскова: «На вече весь народ течет». «Народ в собрании своем, – пишет он в оде «Вольность», – на вече был истинный Государь». По мнению Радищева, народ России исстари привержен республиканской форме правления¹⁹.

Концепцию разделения властей он не признает, ибо только народ может быть истинным Государем. Народ избирает магистратов, сосредоточивая всю полноту власти у себя.

Будущее государственное устройство России Радищев представлял в форме свободной и добровольной федерации городов с вечевыми собраниями, со столицей в Нижнем Новгороде.

Такое устройство государства сможет обеспечить народу его священные естественные права, которые заключаются «в свободе: 1) мысли, 2) слова, 3) деяния, 4) в защите самого себя, когда того закон сделать не в силах, 5) в праве собственности и 6) быть судимым себе равными». Разрабатывая основы законодательства, Радищев придерживался демократических принципов, утверждая «равную зависимость всех граждан от закона» и требование осуществлять наказания только по суду, причем каждый «судится равными себе гражданами».

Организацию правосудия он представлял в виде системы земских судов, избираемых гражданами республики. Он полагал, что в России должны быть учреждены суды духовные, гражданские, военные и совестные. Он приветствовал учреждение совестных судов, усматривая в них большую пользу для населения. Похвально отозвался также и о судах присяжных, действовавших в Англии и Франции.

В размышлениях о наказаниях Радищев склоняется к мысли об отмене смертной казни и смягчении суровых санкций, полагая, что «жестокость и уродование не достигают в наказаниях цели». Он также высказался против телесных наказаний. «Польза наказания телесного проблема недоказанная, оно достигает своей цели ужасом. Но ужас не есть спасение и действует мгновенно».

Радищев придерживался мирной ориентации в международных отношениях и активно выступал против агрессивных войн и отстаивал идею равноправия всех народов. Социальные и политико-правовые идеалы А. Н. Радищева были восприняты русской политической мыслью и получили дальнейшее развитие в трудах декабристов, а затем и в революционно-демократической теории последующих лет.

Исторический процесс Радищев рассматривал как развитие по спирали, в котором эпохи регресса ("заблуждения", "рабства") сменяются эпохами прогресса ("истины", "вольности"). Из этого он делал вывод о неизбежности революций. Человек - существо не только общественное, но и активное. Поэтому движущей силой исторического процесса в конечном счёте являются люди; их эгоистические "страсти" приводили в прошлом к краху "вольности" и торжеству порабощения. Однако если люди познают гибельность эгоистических "страстей" и сумеют их обуздать, то в будущем революция, "вольность" может восторжествовать окончательно. Исходя из этого, Радищев огромное внимание уделял проблемам воспитания; он явился основоположником русской революционной педагогики, этики и эстетики. Особую роль в истории он придавал слову (литературе, поэзии, ораторскому искусству). Активной, преобразующей, творящей силе слова посвящена незаконченная аллегорическая оратория Радищева "Творение мира" (около 1779-82), "Слово о Ломоносове" (1780) и др. О роли примера, значении выдающейся личности в истории Радищев писал в "Слове о Ломоносове", "Письме к другу, жительствующему в Тобольске" (1782). Обобщением исторических и политических концепций Радищева стала ода "Вольность" (около 1783) -первое произведение русской революционной поэзии. Революция в России, на взгляд Радищева, неизбежна, произойдёт она нескоро и ход её будет особым: в процессе революции и гражданской войны громадное государство распадётся на части, которые объединятся в добровольный союз республик и "... волка хищного (т. е. самодержавие) задавят..." ²⁰.

Мысль о зависимости человека от среды (прежде всего от политических и социальных условий), изображение формирования характера под воздействием обстоятельств сделали Радищева основоположником реалистического метода в русской прозе.

Большое место в трудах Радищева занимает проблема развития психики и в связи с этим сравнение психики человека и животных. Выдвигается положение о специфичности образа жизни человека: он не приспосабливается к природе, но преобразует ее, обладает речью, прямой походкой. Подчеркивается особая роль руки, высокое развитие мозга. Качественные отличия ощущений человека связываются со своеобразием его знаний, особенно отмечается роль занятий искусством, вооруженность различными средствами — все это расширяет возможности органов чувств «до беспредельности». Указывается на роль языка и речи в формировании индивидуального сознания. Радищев отмечает роль воспитания в развитии разума, воздействие на человека общества (путем подражания и соучастия в переживаниях). Большое внимание уделяется проблеме способностей. Критикуя утверждение Гельвеция, «что человек разумом своим никогда природе не обязан», Радищев заключает: «...признавая силу воспитания, мы силу природы не отъемлем. Воспитание, от нее зависящее, или развержение сил, остаются во всей силе; но от человека зависеть -будет учение употреблению оных чему содействовать будут всегда в разных степенях обстоятельства и все, вне нас окружающее»²¹

Вопросу о бессмертии души А. Н. Радищев посвящает философский трактат «О человеке, о его смертности и бессмертии», написанный во время ссылки в Сибири: «Я зрю везде смерть, т. е. разрушение; из того заключаю, что и я существовать перестану ... смерть всего живущего заставляет ожидать того же жребия»²². Однако в результате мучительных размышлений Радищев склоняется все же к выводу о неразрушимости специфически человеческой особенности — «мысленности». Через сомнение, допуская непоследовательности в рассуждениях (как согласовать, например, такие положения, как «мысленность есть вещественности свойство», и утверждения о бессмертии души), Радищев пытается выявить силу, которая обеспечивает единство — «сцепление» — всех составляющих человека частей и сил. Обращаясь к мышлению, он критикует сенсуализм Гельвеция («мысль от чувств есть нечто отдельное»)²³ Активная природа человеческого мышления, выражением которой является внимание, власть человека распространяется не только на мысль: столь же властен человек над своими желаниями и страстями, да и над телом.

После воцарения Александра I Радищев был "прощён" и определён на службу в Комиссию составления законов. В юридических трудах и законодательных проектах 1801-02 он проводил прежние идеи, требуя уничтожения крепостного права и сословных привилегий. В ответ на угрозу новой ссылки, реализуя мысль о праве человека на самоубийство как форму протеста (о чём сам писал в "Путешествии..." и др. соч.), Радищев отравился.

4. Историографический обзор современного состояния темы (Кто, когда, зачем изучал Козельского и Радищева, почему они актуальны, их произведения)

Риторика верности ценностям Просвещения присутствует сегодня — явно или скрыто — во многих работах философов разных школ и течений.

На мой взгляд исследование учений русских просветителей Радищева и Козельского достаточно актуально, потому что в наше политически и экономически нестабильное время очень сложно выбрать верный путь развития страны, и мне кажется, что ответ на вопрос о правильной дороге в нашей истории, которая, как известно, повторяется, должен основываться на исследовании работ данных деятелей. В условиях глобализации и интернационализации современной жизни, когда различные типы цивилизаций вошли в тесный контакт (добровольный или вынужденный) друг с другом, а мировое сообщество все больше начинает говорить о столкновении цивилизаций и антропологическом кризисе именно идеи просветителей могут стать интеллектуально-духовной основой для прорыва к новой научной парадигме и новому мировому порядку на основе идей добра, нравственности, гуманизма.

О Радищеве говорится в руководствах по истории русской литературы Кенига , Галахова, Стоюнина , Караулова , Порфирьева и др., а также в сочинениях Лонгинова "Новиков и московские мартинисты", А.Н. Пыпина "Общественное движение при Александре I", В.И. Семевского "Крестьянский вопрос в России", Щапова "Социально-педагогические условия развития русского народа", А.П. Пятковского "Из истории нашего литературного и общественного развития", Л.Н. Майкова "Батюшков, его жизнь и сочинения". Материалы, касающиеся биографии Радищева, напечатаны в "Чтениях Общества Истории и Древностей Российских", 1862, кн. 4, и 1865, кн. 3; в V и в XII томах "Архива князя Воронцова"; в X т. "Сборника Императорского Русского исторического Общества"; в собрании сочинений Екатерины II помещены ее рескрипты по делу Радищева; письма Екатерины об этом деле напечатаны также в "Русском Архиве" (1863, № 3, и 1872, стр. 572); рапорт Иркутского наместнического правления о Радищеве - в "Русской Старине", 1874, т. VI, стр. 436.

В наше время о Радищеве были изданы следующие работы: Орлов В. Н., Радищев и русская литература, 2 изд., Л., 1952; Макогоненко Г. П., Радищев и его время, М., 1956; Старцев А. И., Университетские годы Радищева, М., 1956; его же, Радищев в годы "Путешествия", М., Карякин Ю. Ф., Плимак Е. Г., Запретная мысль обретает свободу, М., 1966; Кулакова Л. И., Очерки истории русской эстетической мысли XVIII в., Л., 1968; Композиция "Путешествия из Петербурга в Москву" А. Н. Радищева, Л., 1972; Шторм Г., Потаённый Радищев, М., 1974; Кулакова Л. И., Западов В. А., А. Н. Радищев. "Путешествие из Петербурга в Москву". Комментарий, Л., 1974; Лотман Ю. М. Очерки по истории русской культуры XVIII — начала XIX века // Из истории русской культуры. Т. IV (XVIII — начало XIX века). М., 1996; «Из истории литературно-общественной борьбы 80-х годов XVIII века: А. Н. Радищев и А. М. Кутузов // Радищев: Ст. и материалы.», Л., 1950; «А. Н. Радищев в борьбе с общественно-политическими воззрениями и дворянской эстетикой Карамзина: Автореф. дис. канд. филол. наук.» Тарту, 1951; «Был ли А. Н. Радищев дворянским революционером?» Вопр. философии, 1956, № 3.

О Козельском говорится в работах: Лотман Ю. М. «К биографии Я.П. Козельского», Вопр. Философии, 1959, № 8. Исупов К., Савкин И. Русская философия собственности (XVII-XX вв.). - СПб.: СП "Ганза", 1993., Социально-политические взгляды Казельского исследуются в работах В.С. Дмитриченко «Социально-политические взгляды Я.П. Козельского», К., 1957, Ю. Я. Коганом «Просветитель XVIII века Я. П. Козельский», М., 1958. С.64. А. В. Малиновым проведен анализ произведений Козельского в работе «Проблемы философии истории в русской просветительской идеологии XVIII в.: Дис... канд. филос. Наук», СПбГУ, 1999.

Литература

1. Избранные произведения русских мыслителей второй половины XVIII века. М„ 1952, т, 1.

2. История политических и правовых учений / Под редакцией доктора юридических наук, профессора О. Э. Лейста - М.: ЗЕРЦАЛО, 2000.

3. История политических и правовых учений Учебник для вузов // под ред. В.С. Нерсесянца. – М.: Норма, 2003.

4. Коган Ю.Я. Просветитель ХVIII века Я.П. Козельский. - М.: Изд-во АН СССР, 1958.

5. Козельский Я.П. Философия нравоучительная./Русская философия права. СПб., 1999.

6. Лотман Ю. М. Очерки по истории русской культуры XVIII — начала XIX века // Из истории русской культуры. Т. IV (XVIII — начало XIX века). М., 1996. С. 196.

7. Монтескье Ш. Избр. произведения. М., 1955.

8. Парсамов В. С. Власть и просвещение в России XVIII — начала XIX вв. / В. С. Парсамов, Т. А. Шанская // Логос. — 2003. — № 4/5 (39). — С. 243.

9. Радищев А. Н. Полное собр. соч. М.; Л., 1938.

10. Радищев А.Н. Избранные философские и общественно-политические произведения. М., 1952.

11. Юридические произведения прогрессивных русский мыслителей. Вторая половина 18 века. Под общ. ред. С.А. Покровского. Государственное издательство юридической литературы. М., 1959.

Другие похожие работы

1. Я.П. Козельский
2. Древнерусские святые
3. Государственная служба по Табели о рангах
4. Понятие и признаки несостоятельности (банкротства)
5. Процедуры банкротства